... время собирать камни ...   


САЙТ ВОЕННЫХ ФИНАНСИСТОВ

 выпускников и сотрудников Военного финансово-экономического университета



Статистика


Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Форма входа

Главная » 2015 » Декабрь » 31 » Уроки русско-японской войны 1904-1905 гг. /военно-экономический аспект/
09:06
Уроки русско-японской войны 1904-1905 гг. /военно-экономический аспект/

Спираль истории: взгляд на русско-японскую войну спустя 110 лет

 

В ночь с 8 на 9 февраля 1904 года японский флот атаковал корабли русской эскадры на рейде у Порт-Артура.  9 февраля, у корейского порта Чемульпо бронепалубный крейсер "Варяг" и канонерская лодка "Кореец" приняли неравный бой с превосходящими силами японской эскадры. Так началась русско-японская война.  Впереди будут оборона и сдача Порт-Артура, отступление русской армии в  сражении при Мукдене, уничтожение русской эскадры при Цусиме. Закончится война 5 сентября 1905 года поражением и кабальным для России Портсмутским мирным договором. 

 

Причин поражения России в русско-японской войне достаточно много и они широко известны: реакционность и несостоятельность царского режима, неспособность высшего военного командования,  низкое боевое качество пополнений из запаса,  недостаточное материально-техническое обеспечение, плохое знание театра военных действий и т.п.  В настоящей статье мы ограничимся рассмотрением только тех причин, которые имели военно-экономическую природу или были обусловлены финансово-экономическими факторами. 

Предварительно, отметим, что во многих исследования, посвященных русско-японской войне,  укоренилось мнение, что царское правительство попросту проспало войну. С этим нельзя не согласиться, но это не является единственным объяснением неготовности России к войне.

Действительно, царское правительство, высшие военные чины изначально допустили стратегические просчеты в характере, масштабах и сроках возможной войны с Японией. При этом считалось, что военный потенциал России дает значительное преимущество над Японией.  Николай II был уверен, что «...Япония, хотя может быть с некоторыми усилиями, будет разбита вдребезги. Что же касается денег, то бояться нечего, так как Япония все вер­нет посредством контрибуции».  Мобилизация армии рассматривалась лишь как вопрос техники и времени: в Генеральном штабе полагали, что при угрозе региональной войны на Дальнем Востоке Россия проведет мобилизацию запасников в течение 7 месяцев и сумеет укрепить свои рубежи.

Однако, помимо  этого, огромное негативное влияние на готовность России к войне оказали десятилетиями проводимая политика недофинансирования военных потребностей, и как следствие грубые ошибки, да и обычное головотяпство, в мобилизационной подготовке экономики,  создании запасов военного имущества и подготовке резерва,  развертывании войск.

Тем не менее, складывающаяся ситуация в стране в этот период  торопила события - Россия переживала глубочайший социально-экономический кризис. Закрылось около трех тысяч крупных и средних предприятий. Капиталисты усилили эксплуатацию, начали наступление на права рабочих. Выступления пролетариата принимали все более политический характер. Общество  неуклонно революционизировалось.

Власть видела это и осознавало для себя угрозу.   Что во многом и поясняет фразу, сказанную министром внутренних дел (с 1902) и шефом жандармов Вячеславом Константиновичем Плеве (1846—1904) в беседе (январь 1904) с генералом Алексеем Куропаткиным: «Чтобы удержать революцию, нам нужна маленькая победоносная война». Плеве имел в виду надвигавшуюся войну с Японией.

«Чтобы удержать революцию, нам нужна маленькая победоносная война». Слова российского министра внутренних дел (с 1902) и шефа жандармов Вячеслава Константиновича Плеве (1846—1904) в беседе (январь 1904) с генералом Алексеем Куропаткиным. В. К. Плеве имел в виду надвигавшуюся войну с Японией.

Источник: http://reftrend.ru/1008883.html

«Чтобы удержать революцию, нам нужна маленькая победоносная война». Слова российского министра внутренних дел (с 1902) и шефа жандармов Вячеслава Константиновича Плеве (1846—1904) в беседе (январь 1904) с генералом Алексеем Куропаткиным. В. К. Плеве имел в виду надвигавшуюся войну с Японией.

Источник: http://reftrend.ru/1008883.html

Таким образом царское правительство рассчитывало отвлечь внимание народа от провала своей внутренней политики, сплотить общество и сформировать положительный образ правящего режима.

 

«Чтобы удержать революцию, нам нужна маленькая победоносная война»

В.К. Плеве

 

Финансовое обеспечение вообще являлось для военного ведомства в тот период одним из самых болезненных вопросов. По инициативе министра финансов С. Ю. Витте ассигнования на военные расходы  были резко сокращены ещё с 90-х годов XIX в. Если в 1877 г. военные расходы России по отношению ко всем прочим расходам государства составляли 34,6%, то в 1904 г. - всего 18,2%. Любые попытки военного ведомства испросить ассигнования сообразно потребностям армии и флота в мирное время встречали  яростный отпор со стороны министерства финансов: масон Витте боялся военного усиления России, по его признанию, «быстрых и блестящих русских успехов». 

В росписи государственных расходов 1904 г. Военное министерство с выделенными  360758,1 тыс. руб., стояло на 3-м месте после Министерства путей сообщения (473274,6 тыс. руб.) и Министерства финансов (372122,6 тыс.руб.).

Недостаток финансов пагубно сказывался на вооружении и оснащении армии, содержании личного состава. Например, к началу войны полевую артиллерию перевооружили лишь на 1/3 (полное перевооружение планировалось завершить к 1907 году). Денежное довольствие офицеров войскового звена, в особенности командиров рот и взводов, было ниже уровня доходов других профессий - инженеров, юристов, врачей и т.п.., что сказывалось на комплектовании армии.

Из-за ограниченности ассигнований военным ведомством основные средства направлялись  в первую очередь на  укрепление обороны границ европейской части России. Финансирование оборонных мероприятий на Дальнем Востоке велось по остаточному принципу. Не были закончены оборонительные работы и укрепление рубежей (например, в Порт-Артуре). При общей кадровой численности русской армии более чем 1,1 млн. человек и находившихся запасе в 3,5 млн. человек,  к январю 1904 г.  Россия содержала на Востоке лишь около 98 тыс. чел., 148 орудий и 8 пулемётов; пограничная стража насчитывала 24 тыс. человек и 26 орудий. Причем, все эти войска были разбросаны на огромной территории от Читы до Владивостока и от Благовещенска до Порт-Артура. 

Для сравнения. Японская армия после мобилизации  насчитывала 13 пехотных дивизий и 13 резервных бригад (свыше 375 тыс. чел. и 1140 полевых орудий); всего за войну японское правительство мобилизовало около 1,2 млн. чел.).

Все эти допущенные просчеты, ошибки и безответственность, копившиеся десятилетиями,  сошлись по времени и сказались сразу с началом войны и в ходе последующих военных действий.  Никакое экстренное увеличение военных ассигнований (в том же 1904 г.  - до 445770,0 тыс. руб. ) помочь действующей армии уже не могло.

Так, очень остро стал вопрос с некомплектом офицеров; только в частях, оставшихся на мирном положении, некомплект составлял 4224 человека. Болезненным был некомплект врачебных кадров: в 1904 и 1905 гг., соответственно, врачей - 201 и 185 человек, фельдшеров - 2071 и 1076. Отметим, что эти вопросы так и не были решены до конца войны, несмотря на призывы по мобилизации из запаса и отставки, ускоренные выпуски из военных, юнкерских училищ, других округов Европейской России. 

Комментарий. Хотя врачей для военного ведомства готовила Военно-медицинская академия, удовлетворить потребности армии в кадрах она не могла. Все объяснялось тем, что состав студентов был разнородным. Студенты делились на две категории: «казеннокоштных» и военных стипендиатов т.е. обучающихся за счет военного ведомства  (говоря иначе - бюджетников) и  «своекоштных», т.е. обучающися за свой счет или гражданских учреждений. «Казеннокоштные» по окончании академии были обязаны отслужить определенный срок в военно-медицинских учреждениях. «Своекоштные»  освобождались от этой обязанности.  В итоге, академия выпускала больше гражданских специалистов, чем военных.
Например, в 1906 г. из 908 человек численность казенокоштных и военных стипендиатов составила всего 403 человека, а своекоштных - 505. Таким образом, некомплект  врачебных кадров был накоплен за счет дефицита врачей, находящихся на военной службе, и возникающего вследствие  этого дефицита врачей, переводимых в запас.

Но это открывалась  только часть завесы трагической сцены русско-японской войны.

Глубина всей трагедии стала очевидна, когда выяснилось, что вооружить и обеспечить увеличившуюся по мобилизации армию - всего было призвано по мобилизации из запаса (несколько призывов, в основном, старшего возраста) и новобранцев свыше 1 млн. нижних чинов  - в требуемые сроки попросту невозможно.

Заводы военного ведомства не справлялись с усиленными заказами для действующей армии,  хотя и работали 24 часа в сутки. Их материально-техническая база была отсталой,  технологическое развитие  - на низком уровне; мобилизационных мощностей и запасов недоставало.

Примером могут служить данные 1905 года по Главному артиллерийскому управлению:

 

 

Заказ

 Поставка

 

  винтовки  ......................................................................

489 085

287 093

 

  винтов. патроны ..........................................................

965 350 580

424 426 300

 

  пушки ............................................................................

1 495

54

 

  лафеты .........................................................................

1 680

-

 

  шрапнель .....................................................................

1 050 000

755 500

 

 

 

 

 

Производство отдельных видов имущества было сосредоточено на единственном заводе (например, капсюлей для снарядов и патронов). Более того, многие виды недостающего, инженерного, имущества, в которых остро нуждалась действующая армия,  вообще не производились в России: телефонные, телеграфные и электроосветительные аппараты, электрические кабели и проводники, всевозможные электрические приборы, а также кабели и тросы для мин. Имеющиеся заводы и фабрики занимались только  их сборкой из деталей, произведенных за границей, и на доставку требовалось дополнительное время.

Начавшееся в горячке масштабное изъятие оружия, боеприпасов, различного имущества для действующей армии из неприкосновенных запасов и из запасов войск, не участвующих в боевых действиях, привело к критическому снижению боевого потенциала всех военных округов  России.

Одним из самых неудовлетворительных являлось положение со снабжением действующей армии  имуществом и продовольствием Главным интендантским управлением.  

Запасов к  удовлетворению потребностей в  обмундировании, обуви, белье и продуктах практически не было. О новых потребностях, выявившихся уже в ходе войны - летней форме, теплом обмундировании, непромокаемых накидках (в июле в Маньчжурии начинался сезон дождей),  -  нечего и говорить.   Дошло до того, что в конце 1904 - начале 1905 года для снабжения запасников, отправляемых на Дальний Восток, и новобранцев, у ряда воинских частей Европейской России было изъято второсрочное обмундирование с выплатой взамен денежной компенсации.

Весь хаос и неразбериху передает следующая выдержка из отчета Главного интендантского управления за 1904–1905 гг.: «Интендантское снабжение в Русско-японскую войну не могло происходить по заранее составленному плану, который определил бы хоть приблизительно общую потребность и позволил последовательно, систематически распорядиться ее удовлетворением. В феврале 1904 г. никто не думал, что на Дальнем Востоке придется сосредоточить свыше 1 000 000 солдат и 400 000 лошадей. Новые войска посылались под давлением неудач, и по окончании одной частной мобилизации никто не знал, потребуется ли новая и когда именно. Численность войск постоянно изменялась, и поэтому ни один из расчетов, сделанных на более или менее продолжительный срок, не оправдался на деле. Полевое интендантство неоднократно пыталось регулировать снабжение общим планом, но всегда неуспешно.»

Объективности ради отметим, что на Главное интендантское управление легла наибольшая доля забот по снабжению действующей армии. Однако штатной численности интендантского ведомства оказалось недостаточно для выполнения возросшего объема работ.

Для экономии (из-за нехватки финансов), имущество и продовольствие закупалось интендантским управлением по "наидешевейшей" цене", но и было нижайшего качества: червивая мука; сапоги моментально пропускали воду и разваливались, негреющие облезлые полушубки ... . По словам графа А.А. Игнатьева, «даже в отношении такой элементарной вещи, как обмундирование, русская армия оказалась столь плачевно подготовленной, что через 6 месяцев войны солдаты обратились в толпу оборванцев».

На снабжении войск негативно сказывался и порядок закупок имущества главками военного ведомства и удаленность театра военных действий.  Приобретение военного имущества, продовольствия осуществлялось через торги и занимало до 2-х месяцев.   Из-за слабой железнодорожной сеть в Сибири и на Дальнем Востоке, пропускающей максимум до 3-х эшелонов в сутки,  доставка на театр военных действий  занимала еще 2-3 месяца.  В результате многие предметы попадали в действующую армию с задержкой или когда потребность в них уже миновала. 

А.Н. Куропаткин в письме Николаю II от 30 октября 1904 г. писал: «Наши запасы, двинутые из Европейской России, застряли с весны на Сибирской железной дороге. Непромокаемые накидки, высланные для лета, будут получаться теперь, когда нужны полушубки. Боюсь, что полушубки на всю армию мы получим, когда потребуются непромокаемые накидки». 

В связи с нехваткой  запасов и трудностями их доставки, получило развитие финансирование заготовок имущества и продовольствия интендантством действующей армии и самими воинскими частями.  Оплата осуществлялась как бумажными деньгами, так и серебряными монетами.  Это позволило улучшить обеспеченность войск, но, вместе с тем, вызвало увеличение недочетов и злоупотреблений при закупках.

В годы войны лишь в газе­те «Русь» было опубликовано более ста очерков преступной деятель­ности чиновников интендантского ведомства.  Сообщалось о начете, сделанном комиссией при Главном интендантском управлении, на начальника тыла Маньчжурских армий генерала Надарова в полмиллиона рублей. В крупных махинациях был уличен главный смотритель продовольственных магазинов. Выявилось завышение цен (в 4 раза!) на доставку грузов.

Интендантским ведомством были потеряны огромные запасы продовольствия и обмундирования при отступлении русских войск в результате неудачного Мукденского сражения, а так­же при перевозке предметов интендантского довольствия по железной дороге из центральной России. Только в течение зимы 1904-1905 гг. был потерян след 700 вагонов с вещевыми запасами.

Таким образом,  действующая армия постоянно испытывала недостаток в оружии, имуществе и продовольствии; всё крайне необходимое прибывало из Европейской России с большим опозданием. Вместо поставок в войска оружия, боеприпасов на фронт прибывали вагоны с иконами и другой церковной утварью. Генерал М.И. Драгомиров сказал тогда слова, ставшими крылатыми: «Вот мы японцев все хотим бить образами наших святых, а они нас лупят ядрами и бом­бами, мы их образами, а они нас пулями».

Нельзя, однако,  не отметить, что в отличие от большинства видов обеспечения, система финансового обеспечения в  русско-японской войне 1904-1905 гг.  получила положительную оценку в отчетах управлений военного ведомства, военачальников и комиссий, поскольку позволила своевременно и полно удовлетворить потребности войск в денежных средствах. Это было достигнуто во многом благодаря тщательной и заблаговременной подготовке финансового обеспечения армии с учетом с учетом опыта предшествующих войн.

 

«Вот мы японцев все хотим бить образами наших святых, а они нас лупят ядрами и бом­бами, мы их образами, а они нас пулями»

М.И. Драгомиров

 

Так, заранее были приняты меры и подготовлены материалы по финансированию подготовительного к войне периода, мобилизационного развертывания армии и её действий на театре войны. Было утверждено Положение (еще в 1890 г.), определившее порядок  финансирования войск действующей армии и ведения финансового хозяйства частей, использования чрезвычайного кредита на первые четыре месяца войны и кредитов "военного фонда". Причем, в ходе войны в него оперативно были внесены изменения, ускорившие доведение ассигнований полевым армиям и упростившие получение денег воинскими частями. 

Также заранее были приняты положения о деятельности полевого контроля, казначейств, денежном довольствии военнослужащих действующей армии.  Положительную роль в финансировании войск сыграло и то, что ранее, ещё в ходе русско-турецкой войны 1877-1878 гг., в корпусном интендантстве образовался своего рода финансовый орган, наделенный правами обеспечения войск денежными средствами по сметам главных управлений.

Комментарий. Полевой контроль в действующей армии, хотя и не был всеохватывающим, действовал достаточно успешно. За период войны сокращения расходов казны благодаря полевому контролю составили 19 млн. руб., предложения по уменьшению сметных исчислений в перечнях расходов позволили сберечь 109 млн. руб.. На расследование было направлено 24 дела на сумму более 3 млн. руб. Содержание полевых контролеров обошлось казне всего в 1,7 млн.руб.

Проработанность и значимость опыта подготовки и ведения финансового обеспечения войск в русско-японской войне велики и сегодня. Достаточно сказать, что сравнение системы финансового обеспечения действующей русской армии начала XX вв., с возможностями её современного состояния,  будет не в пользу последней:  к финансированию войны, даже масштаба русско-японской, существующая система финансово-экономического обеспечения Вооруженных сил России не приспособлена.

Отдельных слов заслуживает трагедия российского флота в русско-японскую войну, который считался третьим в мире по мощи (после Англии и Франции). Возглавлял военный флот и Морское министерство в тот период великий князь Алексей Александрович Романов - дядя царя Николая II.

Великий князь не был, по свидетельствам современников, силен в военно-морском искусстве и не интересовался им. Жил легко и беспечно, тратил государственные средства, воровал, играл, отдыхал на курортах Европы, дарил любовницам украшения с бриллиантами.
Корабли, тем временем, были тихоходными, разнотипными, слабо вооруженными, устаревшими.  Ни одно расследование о взятках и коррупции в Морском ведомстве не побеспокоило неприкасаемого генерал-адмирала.

Его двоюродный брат - великий князь Александра Михайловича, в своих мемуарах оставил о нем следующую характеристику: "Трудно было себе представить более скромные познания, которые были по морским делам у этого адмирала могущественной державы. Одно только упоминание о современных преобразованиях в военном флоте вызывало болезненную гримасу на его красивом лице. <…> Это беззаботное существование было омрачено, однако, трагедией: несмотря на все признаки приближающейся войны с Японией, генерал-адмирал продолжал свои празднества и, проснувшись в одно прекрасное утро, узнал, что наш флот потерпел позорное поражение в битве с современными дредноутами Микадо."

После Цуссимы Алексей Александрович Романов подал в отставку и укатил  в любимый им  Париж, где продолжил жизнь, не изменяя своим привычкам, пока не скончался  в 1908 г. от случайной простуды.

 

В качестве заключения

Военные расходы Японии составили 1025 млн. долл государственный долг возрос в 4 раза, её потери составили 135 тыс. убитыми и умершими от ран и болезней и около 554 тыс. ранеными и больными.

Дорого обошлась война и для России. На войну было израсходовано 2347 млн.руб., почти в 500  млн. рублей оценивается стоимость отошедшего к Японии имущества и потопленных кораблей и судов. Потери России составили 400 тыс. убитыми, ранеными, больными и пленными.  Однако виновные в преступной халатности,  бездарном руководстве, злоупотребления отделались лишением своих постов и общим порицанием.  Чужая для народов России война, поражение и большие жертвы обострили социально-экономический кризис в стране и ускорили начало первой буржуазно-демократической революции 1905-1907 гг.

Причины поражения России в этой войне являются историческим предупреждением-предсказанием любителям экономить на обороне страны, и экспериментировать с системой её финансово-экономического обеспечения, подготовки военных кадров. Менеджерам экономики военного строительства следует тщательно изучить и законспектировать опыт русско-японской войны 1904-1905 гг.  

Однако дело не только в объеме выделяемых средств на оборону.

Движение истории по спирали находит сегодня узнаваемое отражение в событиях 110-летней давности.  Те же разбазаривание и коррупция в расходах государственных средств, бездарное управление и безнаказанность чиновников, социальная несправедливость, глубочайший экономический кризис, деиндустриализация страны и зависимость от Запада, просчеты российской внешней политики (в отношении бывших республик СССР, например),  и стремление переключить основное внимание общества и "заговорить" все эти провалы темой борьбы с международным терроризмом.

Но История не прощает невыученных  уроков прошлого.   Такова закономерность. А значит, рано или поздно, История спросит за это неизбежно и по всей строгости.

Владлен БУРЕЛОМОВ

 

Литература

1. Большая советская энциклопедия: В 30 т. - М.: "Советская энциклопедия", 1969-1978. 

2. Деревянко И. В. «Белые пятна» Русско-японской войны. — М.: Эксмо, Яуза, 2005.

3. Тиванов В.В. Финансы русской армии. М. ВФЭФ. - 1993.

4. Великий князь Александр Михайлович. Книга воспоминаний. // «Царская фамилия». – Париж, 1933.

 

Просмотров: 246 | Добавил: avladr43 | Теги: царизм, спираль истории, русско-японская война, 110 лет | Рейтинг: 5.0/2

Поиск

Календарь

«  Декабрь 2015  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031

Архив записей

Друзья сайта

  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz