... время собирать камни ...   


САЙТ ВОЕННЫХ ФИНАНСИСТОВ

 выпускников и сотрудников Военного финансово-экономического университета



Статистика


Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Форма входа

Главная » 2014 » Апрель » 10 » Татаринов А.А. В первом морском десанте
10:57
Татаринов А.А. В первом морском десанте
  

ТАТАРИНОВ Алексей Антонович

Родился 4.04.1916 г. Закончил курсы офицерского состава ЧФ в 1941 г., Военный факультет при МФИ в 1953 г. Полковник в отставке.

В Великой Отечественной войне принимал участие с 1941 г. В ходе обороны Одессы участвовал в десантной операции в районе с. Григорьевка в качестве бойца 3-го морского полка ЧФ. Был тяжело ранен. После ранения служил на различных должностях в частях ЧФ, в т.ч. — в учреждении полевого банка в Констанцской ВМБ.

С 1961 г — в ЦФУ МО СССР. Закончил службу в Вооруженных Силах в должности начальника группы Центрального управления.

Награжден орденами Отечественной войны 1-й и2-1 степени, Красной Звезды и многими медалями.

 

 

Начало Великой Отечественной войны застало меня в г. Севастополе на срочной службе краснофлотцем Черноморского флота. Флот находился в боевой готовности к войне и уже 22 июня 1941 года был объявлен действующим.

С того памятного первого военного дня минуло уже 64 года. Пережита война. Военной службе отдано 36 лет, в том числе 24 года — службе на флоте. Сейчас я уже в довольно-таки почтенном возрасте и встречаю 60—летие Победы на пороге своего 90—летия.

Конечно, многие события и эпизоды минувшей шестьдесят лет назад войны потускнели или стерлись в памяти, забылись детали. Но вот участие в первом морском десанте помнится вполне четко.

С объявлением Черноморского флота действующим началось формирование из личного состава кораблей флота и призванных по мобилизации запасников специальных морских бригад и полков для отправки на фронт.

Меня зачислили в 3-й морской полк, в составе которого началась специальная подготовка в условиях, максимально приближенных к фронтовым. Нас высадили с боевых кораблей на шлюпках в полной боевой экипировке вдали от города на побережье бухт Казачья и Камышовая, вблизи Херсонесского маяка. В течение нескольких суток, в основном в ночное время, интенсивно учили смело преодолевать водные преграды, быстро покидать шлюпки при подходе к берегу, умело применять все виды имеющегося оружия и приемы рукопашного боя, окапываться, использовать рельеф местности и наземные постройки, метко стрелять и не пасовать перед врагом.

По характеру этой подготовки мы вскоре поняли назначение нашего полка — морской десант, но вслух об этом не говорилось, место и время высадки держалось в строгой и глубокой тайне.

Физическая нагрузка была огромной, но и отсыпаться после обеда давали нам вдоволь в стогах совхозного сена. А лишь стемнеет, снова погружались в шлюпки и раз за разом отрабатывали в бухте элементы форсирования и высадки на берег.

Политруки готовили нас к операции морально, придавая в беседах особое значение оказанию реальной помощи в облегчении тяжелого положения Одессы, попавшей в блокадное кольцо врага, необходимости как можно дольше удержать ее от сдачи, отвлекая на себя силы противника, уже нацеленные на захват Крыма и главной базы Черноморского флота — Севастополя.

Очень полезной была и организованная встреча с участниками боев под Одессой, убедивших нас, что тут воюют в основном румынские части, разбавленные немецкими. Румыны, по их словам, особой храбростью не отличаются и от соприкосновения с советской морской пехотой, которую прозвали «черной тучей», предпочитают уклоняться.

Морской десант идет на помощь осажденной Одессе

Моряки-десантники вступают в бой

            

Пришло время и нашему полку отправляться на фронт: 21 сентября 1941 года, под вечер, нас разместили на боевых кораблях эскадры, которая, в сопровождении катеров-охотников за подводными лодками, взяла курс к одесским берегам. Командиры посоветовали нам расслабиться, выбросить из головы удручающие мысли и за время пути хорошо отдохнуть в кубриках и каютах кораблей, личный состав которых нес вахту на боевых постах.

Под монотонный шум корабельных двигателей наступила какая—то сонливость, успокоенность и даже забывчивый сон. Из этого состояния меня вывел сигнал боевой тревоги и команда: «Десанту подготовиться к посадке на баркасы и шлюпки!»

На пути к берегу в баркасе одолевало напряженное чувство ожидания и надежды поскорее пройти эту водную полосу и не попасть еще на глубокой воде под пули и мины противника...

По команде «В воду!» выбросились из баркаса и по пояс в воде бегом устремились к высокому берегу, который своей высотой пока еще надежно прикрывал нас от пуль и мин, летевших с чердаков и подвалов поселка Григорьевка.

Разобравшись по своим группам, начали быстрое наступление на поселок. Заняли его без особого сопротивления противника, который, отстреливаясь, оставил поселок разграбленным, как и большинство других населенных пунктов, освобожденных нами.

Корабли эскадры, поддерживая наше продвижение, артиллерийским огнем подавляли огневые точки противника на дальних позициях, а саперы десанта успешно подрывали захваченные на побережье орудия противника, пристрелянные по морскому фарватеру и мешавшие доставке в Одессу всевозможной помощи морским транспортом.

Успешным действиям десанта способствовало и то, что одновременно с его высадкой под Григорьевкой было организовано встречное наступление наших частей, оборонявших восточные подступы к Одессе. Возможность соединения с ними побуждала нас к самым активным действиям против врага, находившегося и в населенных пунктах, и в полевых окопах, куда они успели натащить награбленной у населения одежды, посуды, продуктов и даже детских игрушек.

Преодолевая открытые участки местности, простреливаемые противником, приходилось плотно прижиматься к матушке—земле, ползать по-пластунски и окапываться. Пустили против нас и румынскую кавалерию, но мы встретили ее плотным пулеметным огнем. Румыны спешно ретировались, побросав даже свои сабли, ко­торые достались черноморцам в качестве трофеев.

Определенную опасность вызывали немецкие самолеты, низко летавшие над кукурузными полями, в которых мы успешно маскировались. Стрелять же по ним мы воздерживались, не желая вызывать ответный огонь и нести излишние потери.

Противник пытался воздействовать на нас и морально, подбрасывая с воздуха и оставляя при отступлении так называемые пропуска на свою сторону. Но эти бумажки находили у нас совсем другое применение.

В конце концов мы соединились с одесскими частями, двигавшимися нам навстречу, и, оставив на их попечение освобожденную нами территорию, двинулись в Одессу. На окраине города, в районе Лузановского пляжа, нас радушно встретило местное население, а вечером в один из последних дней сентября мы отпраздновали свою успешную операцию, получившую высокую оценку Народного комиссара ВМФ адмирала Н. Г. Кузнецова. Это был первый большой десант на Черноморском флоте с начала войны, в котором участвовало более двух тысяч моряков.

С наступлением ночи мы, не успев еще и заснуть, были подняты по боевой тревоге и спешно направлены на помощь частям, сменившим нас на только что освобожденной территории. Оказалось, что противник, подтянув значительные свежие силы, перешел в наступление. После ночного марша, достигнув передовых позиций, мы сходу вступили в бой. Нас прижали к земле интенсивным пулеметным и минометным огнем, но в этом жестоком и продолжительном бою в районе села Новая Дофиновка моряки—десантники удержали свои позиции.

В том бою я был тяжело ранен. Вместе с другими ранеными был эвакуирован вначале в полевой госпиталь Одессы, а затем на санитарном пароходе — на Кавказское побережье. Эта эвакуация морем была весьма драматичной: вначале, в районе Балаклавы, наш санитарный пароход был атакован немецким самолетом—истребителем, в результате пострадали люди, находившиеся на верхней палубе, а под Новороссийском — подводной лодкой. Спасло от гибели искусство капитана парохода, сумевшего удачно уклониться от направленной в него торпеды.

После лечения я продолжил службу в подразделениях действующего флота по противодесантной обороне побережья в районах Геленджика и Новороссийска.

В 1944 году закончил десятимесячные курсы усовершенствования офицерского состава Черноморского флота, по окончании которых было присвоено воинское звание «младший лейтенант». И практичес­ки с этого времени моя военная биография оказалась связанной с финансовой службой армии и флота. Однако на первых порах мне пришлось быть лишь «финансовым экспедитором»: получать необходимую денежную наличность в Севастополе и доставлять ее в Констанцу — на территорию Румынии — для обеспечения личного состава находившейся там нашей эскадры кораблей. Эти рейсы совершались на попутных кораблях и судах и были сопряжены с опасностью нарваться на еще не обезвреженные мины. Но все обошлось.

Радостный День Победы застал меня в Севастополе и мне посчастливилось в мае 1945 года стать участником парада победы Черноморского флота, который принимал Маршал Советского Союза С. М. Буденный.

Ну, а более «серьезная» финансовая служба началась после окончания в 1953 году Военного факультета при Московском финансовом институте. Служил на различных должностях финансовой службы на Северном и Черноморском флотах, а с 1961 по 1973 год — в Центральном финансовом управлении МО СССР.

 

Полковник в отставке А.А. Татаринов выступает на встрече ветеранов в 

Военном финансово-экономическом университете. 2002 г.

 

 

 

 

Источник: Военные финансисты в Великой Отечественной войне. Вклад в победу. - М: 2005. - 414 с.

 

Просмотров: 335 | Добавил: avladr43 | Теги: военные финансисты, Григорьевка, Оборона Одессы, морской десант, вфэу, Татаринов Алексей Антонович | Рейтинг: 5.0/1

Поиск

Календарь

«  Апрель 2014  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
282930

Архив записей

Друзья сайта

  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz